Журнал «Православный вестник»

Журнал «Православный вестник»

Адрес: Екатеринбург, Сибирский тракт, 8-й км,
Свято-Пантелеимоновский приход
Екатеринбургской епархии РПЦ
Почтовый адрес: 620030, г. Екатеринбург, а/я 7
Телефон: (343) 254-65-50•


•Русская Православная Церковь
Московский Патриархат
Екатеринбургская епархия•

 
Главная → Номера → №10 (87) → Кишмиш

Кишмиш

№10 (87) / 9 •октября• ‘09

Надежда Тэффи Литературная страница

Девочке дали прозвище Кишмиш. Кишмиш — это мелкий кавказский изюм. 

Прозвали её так, вероятно, за маленький рост, маленький нос, маленькие руки. Вообще, мелочь, мелюзга. Но будучи мелким кишмишом, она очень страдала от этого обидного прозвища. Она была самолюбива и мечтала выдвинуться как-нибудь и, главное, — грандиозно, необычайно. Сделаться, например, знаменитым силачом, гнуть подковы, останавливать на ходу бешено мчащуюся тройку. Манило также быть разбойником или, пожалуй, еще лучше — палачом. Палач — могущественнее разбойника, потому что он одолеет в конечном счете.

И могло ли кому-нибудь из взрослых, глядя на худенькую, белобрысую, стриженую девочку, тихо вяжущую бисерное колечко, — могло ли кому-нибудь прийти в голову, какие грозные и властные мечты бродят в ее голове? Была, между прочим, еще одна мечта — это быть ужасной уродиной, не просто уродиной, а такой, чтобы люди пугались. Она подходила к зеркалу, скашивала глаза, растягивала рот и высовывала язык набок. При этом предварительно произносила басом, от имени неизвестного кавалера, который лица ее не видит, а говорит в затылок:

— Разрешите пригласить вас, мадам, на кадриль. Потом делалась рожа, полный оборот и следовал ответ кавалеру:
— Ладно. Только сначала поцелуйте мою кривую щеку.

Предполагалось, что кавалер в ужасе убегает. И тогда ему вслед:
— Ха! Ха! Ха! Небось не смеешь!

Кишмиш учили наукам. Сначала — только Закону Божию и чистописанию. Учили, что каждое дело надо начинать молитвой. Это Кишмиш понравилось. Но имея в виду между прочим и карьеру разбойника, Кишмиш встревожилась.

— А разбойники, — спросила Кишмиш, — когда идут разбойничать, тоже должны молиться? Ей ответили неясно. Ответили: «Не говори глупостей». И Кишмиш не поняла — значило ли это, что разбойникам не надо молиться, или что непременно нужно, и это настолько ясно, что и спрашивать об этом глупо.

Когда Кишмиш подросла и пошла в первый раз к исповеди, в душе ее произошел перелом. Грозные и властные мечты погасли. Очень хорошо пели постом трио «Да исправится молитва моя». Выходили на середину церкви три мальчика, останавливались у самого алтаря и пели ангельскими голосами. И под эти блаженные звуки смирялась душа, умилялась.

Хотела быть белой, легкой, воздушной, прозрачной, улетать в звуках и дымах кадильных туда, под самый купол, где раскинул крылья белый голубь Святого Духа. Тут разбойнику было не место. И палачу и даже силачу совсем тут быть не подходило.

Уродина-страшилище встала бы куда-нибудь за дверь и лицо бы закрыла. Пугать людей было бы здесь делом неподходящим. Ах, если бы можно было сделаться святой! Как было бы чудесно! Быть святой — это так красиво, так нежно. И это — выше всего и выше всех. Это — важнее всех учительниц и начальниц и всех губернаторов.

Но как сделаться святой? Придется делать чудеса, а Кишмиш делать чудес ни капельки не умела. Но ведь не с этого же начинают. Начинают со святой жизни. Нужно сделаться кроткой, доброй, раздать все бедным, предаваться посту и воздержанию.

Теперь, как отдать все бедным? У нее — новое весеннее пальто. Вот его, прежде всего, и отдать.

Но до чего же мама рассердится. Это будет такой скандал и такая трепка, что и подумать страшно. И мама расстроится, а святой не должен никого расстраивать и огорчать. Может быть, отдать бедному, а маме сказать, что просто пальто украли? Но святому врать не полагается. Ужасное положение. Вот разбойнику — тому легко жить. Ври сколько влезет и еще хохочи коварным смехом. Так как же они делались, эти святые? Просто дело в том, что они были старые — все не меньше шестнадцати лет, а то и прямо старики. Они и не обязаны были маму слушаться. Они прямо забрали все свое добро и сразу его и раздали. Значит, с этого начинать нельзя. Это пойдет под конец.

Начинать надо с кротости и послушания. И еще с воздержания. Есть надо только черный хлеб с солью, пить — только воду прямо из-под крана. А тут опять беда. Кухарка насплетничает, что она пила сырую воду, и ей достанется. В городе — тиф, и мама сырую воду пить не позволяет. Но, может быть, когда мама поймет, что Кишмиш — святая, она препятствий делать не будет? А как чудесно быть святой! Теперь это такая редкость. Все знакомые будут удивляться:

— Отчего это над Кишмиш — сияние?
— Как, разве вы не знаете? Да ведь она уже давно святая.
— Ах! Ах! Быть не может.
— Да вот, смотрите сами.

А Кишмиш сидит и кротко улыбается и ест черный хлеб с солью. Гостям завидно. У них нет святых детей.

— А может быть, она притворяется? Какие дураки! А сияние-то! Вот интересно — скоро ли начнется сияние? Вероятно, уже через несколько месяцев. К осени уже будет. Боже мой, Боже мой! Как это все чудесно! Пойду исповедоваться на будущий год. Батюшка спросит строго:
— Какие у тебя грехи? Кайся.

А я ему в ответ:
— Ровно никаких, я — святая. Он — ах! Ах! Быть не может!
— Спросите у мамы, спросите у наших гостей — все знают.

Батюшка начнет допытываться: может быть, какой-нибудь, самый маленький грешок, есть? А Кишмиш в ответ:
— Ни од-но-го! Хоть шаром покати.

А интересно — нужно будет все-таки уроки готовить? Беда, если нужно. Потому что лениться святому нельзя. И не слушаться нельзя. Прикажут — учись. Если бы еще сразу суметь делать чудеса. Сделать чудо — учительница сразу испугается, упадет на колени и урока не спросит.

Потом представила себе Кишмиш, какое у нее будет лицо. Подошла к зеркалу, втянула щеки, раздула ноздри, подкатила глаза. Такое лицо Кишмиш очень понравилось. Действительно — святое лицо. Немножко тошнительное, но совсем святое. Такого ни у кого нет. Теперь, значит, айда на кухню за черным хлебом.

Кухарка, как всегда перед завтраком сердитая и озабоченная, была неприятно удивлена Кишмишовым визитом.

— Чего барышням на кухню ходить? Мамашенька забранят. Кишмиш невольно потянула носом. Пахло вкусной постной едой — грибами, рыбой, луком. Хотела было ответить кухарке «не ваше дело», но вспомнила, что она — святая, и отвечала сдержанно:
— Будьте добры, Варвара, отрезать мне кусочек черного хлеба. Подумала и прибавила:
— Большой кусочек.

Кухарка отрезала.

— И будьте добры посолить,- попросила Кишмиш и завела глаза к небу. Хлеб надо было съесть тут же, а то, пожалуй, в комнатах не поймут, в чем дело, и выйдут одни неприятности. Хлеб оказался превкусным, и Кишмиш пожалела, что не спросила сразу два куска. Потом налила воды из-под крана в ковш и стала пить. Вошла горничная и ахнула:
— А я вот мамаше скажу, что вы сырую воду пьете.

— Так она — эва, какой кусище хлеба с солью съела, — сказала кухарка. — Ну, оно и пьется. Апетит к росту. Позвали к завтраку. Не идти нельзя. Решила идти, но ничего не есть и быть кроткой. Была уха с пирожками. Кишмиш сидела и тупо смотрела на положенный ей пирожок.
— Чего же ты не ешь?

Она кротко улыбнулась в ответ и в третий раз сделала святое лицо — то, что приготовила перед зеркалом.

— Господи, что это с нею? — удивилась тетка.
— Что это за гримасы?
— Они перед самым завтраком во какой кусище черного хлеба съели,- донесла горничная,- и водой из-под крана запили.
— Кто тебе позволил ходить на кухню и есть хлеб?- сердито закричала мать.- И ты пила сырую воду?

Кишмиш подкатила глаза и смастерила окончательно святое лицо, с раздутыми ноздрями.

— Что это с ней?
— Это она меня передразнивает! — взвизгнула тетка и всхлипнула.
— Пошла вон, скверная девчонка! — сердито сказала мать. — Иди в детскую и сиди весь день одна. ...Бедная Кишмиш! Она так и осталась грешницей...

 

•В других номерах:•

№3 (115) / 15 •декабря• ‘14

Литературная страница

Гости

Автор игумен Флавиан (Матвеев), наместник Крестовоздвиженского мужского монастыря г. Екатеринбурга

№5 (82) / 15 •мая• ‘09

Литературная страница

Древний свет

В. А. Никифоров-Волгин

Дом Федота Абрамовича Дымова построен при Николае I. Сложен он из просмоленных кряжистых бревен, ставших от времени сизыми, с зазеленью. 

№8 (85) / 14 •августа• ‘09

Литературная страница

Сказка о волшебном чувстве

Ирина Яговкина

У леса на опушке стоял волшебный Домик, И жил в волшебном Домике угрюмый, хмурый Гномик. И очень огорчался волшебный старый Дом, Что хмурый и угрюмый все время ходит Гном.

 
Семейная педагогика

Отцовская любовь

Светлана Ладина

Статья, перепечатанная нами из журнала «Толк и польза», поднимает проблему, наверняка касающуюся многих наших читателей. 

 
Паломничество

Святое Семейство в Египте

Египет — страна беззаботного туризма или средоточие великих христианских святынь? Мы всегда думали, что первое. Оказалось — второе. Нашим гидом по христианскому Египту стал игумен Димитрий (Байбаков). 

Яндекс.Виджеты

Добавив на главную страницу Яндекса наши виджеты, Вы сможете оперативно узнавать об обновлении на нашем сайте.

Все Виджеты Православного телеканала «Союз»

Яндекс.Виджеты Православного телеканала «Союз»

Православный вестник. PDF

Добавив на главную страницу Яндекса наши виджеты, Вы сможете оперативно узнавать об обновлении на нашем сайте.

добавить на Яндекс