Журнал «Православный вестник»

Журнал «Православный вестник»

Адрес: Екатеринбург, Сибирский тракт, 8-й км,
Свято-Пантелеимоновский приход
Екатеринбургской епархии РПЦ
Почтовый адрес: 620030, г. Екатеринбург, а/я 7
Телефон: (343) 254-65-50•


•Русская Православная Церковь
Московский Патриархат
Екатеринбургская епархия•

 
Главная → Номера → №5 (94) → Малая церковь

Малая церковь

№5 (94) / 19 •мая• ‘10

Наталия Евстюгина Спасо-Преображенский приход

•В этой теме:•

Спасо-Преображенский приход
2012: Преображение
Спасо-Преображенский приход
Встреча с батюшкой
Олег Васюнин

Семья становится семьей только в храме

В семье Мухлыниных пятеро детей – Никита, Даша, Настя, Маша и маленькая Ульяна. Много это или мало? Если судить по традиционным для России меркам – в самый раз, можно и больше. Если по стандартам нескольких последних десятилетий – явный перебор. А с точки зрения сегодняшнего дня? На этот вопрос пусть ответят сами герои этой статьи, Александр и Наталья.

Александр: Когда-то нам казалось, что мы создаем все сами. Потом стали понимать, что все делается по Промыслу Божиему. И точно знаем, что семья становится семьей только в храме. Сегодня пропагандируется лозунг «Бери от жизни все». Многие руководствуются этим принципом; но если в семье трое, четверо, пятеро человек, этот принцип неосуществим – и слава Богу! Когда мы ждали появление на свет Ульяны, батюшка сказал нам, что большая семья – это подвиг. Тогда я, может быть, осознал это не в полной мере, но сейчас понимаю, в чем именно этот подвиг заключается: ты забываешь о своих интересах. Особенно это касается матери – она полностью отдает себя детям, по-другому в этой ситуации просто невозможно.

Обычно приход в храм связан у людей с какой-то бедой. С чего началась Ваша жизнь в Церкви?

Александр: С праздника! Лет пять назад наша знакомая привела нас в храм на праздник. Крещеными мы были давно, и дети были крещены. Но одно дело быть крещеными и сидеть дома, другое дело – прожить в храме хотя бы год, хотя бы для того, чтобы иметь представление о том, что такое годовой церковный цикл. Наверное, каждая молодая семья ищет идеал, путь самосовершенствования, путь духовной самореализации. Часто этот путь проходит в метаниях, пробах различных экзотических методик. Господь миловал от сект, но мы прошли через увлечение медитациями. В то время это было очень распространено. Ведь в обществе насаждался принцип «Я все могу». И эти практики говорят: «Да, ты все можешь». Но в итоге остаешься у разбитого корыта, со множеством болезней и всего остального. Многие люди, побывав везде, приходят в Православие. Нечто подобное было и с нами.

Нам в жизни очень повезло с батюшками. С самого начала мы попали в восстанавливающийся храм в Челябинской области, там у батюшки у самого было пятеро детей. Если в других храмах могли прикрикнуть на бегающих ребятишек, то здесь было по-другому, и вместе со всеми детьми бегали и дети батюшки. Там мы увидели иное отношение к детям в Церкви, чем видели раньше. Конечно, детей надо направлять, приучать к службе. Но при этом они должны чувствовать себя в Церкви, как дома, легко.

Везение заключалось и в том, что батюшка был старше нас всего на год или два. Он смог объяснить догматические истины на языке, который был нам понятен. Потом мы попали в храм Преображения Господня. Здесь очень большой приход, ставший для нас родным. Храм наполнен образами, которые ты все уже знаешь, любишь, к каждому хочется приложиться. Здесь все знакомые – не обязательно с каждым за руку здороваешься, но это просто родные лица. Иногда с утра настроение может быть не очень хорошим, но когда приходишь в храм и видишь, как он наполняется семьями – тут прошли вереницей, там прошли – становится радостно. У нас очень красивый храм. Эта красота всегда разная: на Покров одна, на Троицу – совсем другая. Разная погода, разные цветы, разное ощущение.

Цветы – это вообще одна из достопримечательностей Преображенского храма, известная на весь город.

Александр: Потому что высаживаются они с любовью. Бабушки сажают в землю семена для Бога. У них есть даже свой календарь, потому что к празднику нужны определенные цветы. Например, очень долго хотели вырастить лилии на Преображение – наконец-то, удалось их приобрести и вырастить. Это труд ради той красоты, через которую люди приходят в храм.

Еще наш храм называют Богородичным. Такого количества икон Божией Матери, наверное, нигде нет – Казанская, Всецарица, Неупиваемая Чаша, Скоропослушница. Левый придел освящен в честь Казанской иконы Божией Матери. Без заступничества Богородицы – никуда.

В начале разговора Вы сказали, что семья становится семьей только в храме. Поясните, пожалуйста, что это значит.

Александр: В приходе легче воспитывать детей. Если сложилась тяжелая ситуация, ты понимаешь, что тебе помогут и будут за тебя молиться. И к тебе кто-то подходит, просит помолиться. Молитва друг за друга объединяет. Есть и общие радости, всего прихода. Например, у нас в одной семье четыре девочки, а еще мама, бабушка и прабабушка! И папа – единственный мужчина в доме! И вот недавно у них родился сын! Как все за них радовались! А ведь это большое дело – когда люди искренне делят с тобой твою радость.

Или другой пример: по территории храма бегают дети – бегают как будто без присмотра, как будто ничьи. Но так не бывает. Это уже наши общие дети – дети прихода. И я уже машинально смотрю и за своими, и за чужими. И знаю, что точно так же кто-то будет смотреть за моими детьми. Не надо даже никого просить об этом. И, конечно, многое держится на бабушках, потому что они живут той жизнью, к которой нам надо стремиться. Когда-то могут ребенка и шлепнуть, но это не в осуждение, а в научение.

У Вас в приходе много многодетных семей?

Александр: Да, много. Особенно после того, как Владыка призвал и благословил рожать детей, их стало еще больше. Причем, есть такие семьи, в которых шесть-семь детей. Какая бы проблема ни возникла, ее можно обсудить с другими многодетными мамами и папами – и оказывается, что и у них есть подобные сложности и есть опыт их решения. Значит, не стоит отчаиваться. Надо по-другому подойти к проблеме, помолиться, спросить у кого-то более опытного, и он поможет своим советом или своими действиями. И ты чувствуешь, что не один.

Очень нам помогает наш замечательный молодежный клуб. Мы им очень благодарны. Ребята с радостью откликаются на просьбы – мебель передвинуть, с детьми поиграть, в магазин сходить. Здорово, что у молодежи есть возможность реализовать себя в помощи ближним. Я уверен, что когда у них будут свои семьи, им будет легче.

Отдельная тема – совместное паломничество. Все едут вместе, вместе читают акафисты

– это очень объединяет, и чувствуется дух паломничества. Конечно, с детьми сложно ездить в паломничество. Взрослым хочется на службе постоять, помолиться, а дети, конечно, могут сколько-то постоять, но потом им надо бегать.

Какие паломничества или путешествия Вам наиболее запомнились?

Александр: Когда еще не было Маши и Ули, вместе с нашей воскресной школой мы ездили в Невьянск. Побывали и в Нижнем Тагиле – туда как раз привозили мощи прп. Марии Египетской. Были в Маминском. И, конечно, на Ганиной Яме. А еще мы ходили в поход на Таганай вместе с другой многодетной семьей. Вместе читали вечернее и утреннее правило. Девчонки взяли с собой икону преп. Серафима Саровского – он изображен молящимся среди сосен. Мы прикрепили образ на сосну и, когда молились, было такое ощущение, как будто делаем это заодно со старцем.

Поход очень сближает, особенно если идти с молитвой. Это здорово! Где же еще дети смогут услышать шум ветра, звон ручья, где смогут природу почувствовать и научиться ее беречь? Поход

– это еще и труд: и дров собрать, и костер развести, и за водой сходить, и приготовить, и посуду помыть. Монахи пишут, что одного молитвенного подвига недостаточно, хотя это основа всего, нужен и физический труд для укрепления тела. Конечно, хотелось бы больше куда-то ездить, но у всех многодетных семей много забот. Куда-то выбраться бывает сложно. Слава Богу, рядом есть Ново-Тихвинский монастырь. Для Урала, для нашей области – это сердце. Монастырский уклад пропитан Иисусовой молитвой. В монастыре нам молиться легче, там умиротворение, знаменный распев.

Раньше мы пытались уйти от мира в поход: там, в лесу нет дорог, нет связи. Теперь, когда приходим в монастырь, такое ощущение, что мир остался за стенами. Просто присутствие в храме на молитве дает очень многое. Мы как-то были на службе святому Василиску Сибирскому в храме на Елизавете. Это был удивительный праздник, сестры всем дарили подарки, и было ощущение, что Василиск Сибирский рядом. А еще было чувство большой, настоящей, совсем не мирской радости.

Вы пришли в храм уже будучи многодетной семьей. Как Вы решились на то, что детей у вас будет много?

Александр: «Осознанным» ребенком у нас была только Даша. Наш старший сын, Никита, оказался на положении единственного внука у четырех бабушек, – естественно они начали его баловать. Мы поняли, что если у нас не будет второго ребенка, Никиту мы просто упустим. Потому что в первую очередь балуют материальные ценности. А бабушкам, особенно четырем, объяснить это очень сложно. Поэтому Даша была нам просто необходима.

А дальше?

Александр: А дальше родились Настя, Маша. А потом – Ульяна. В советское время к многодетным семьям относились не очень хорошо. Как-то услышал одну фразу: «Многодетные семьи – это либо алкоголики, либо православные». И к тем, и к другим в обществе было отрицательное отношение. Сейчас потихоньку оно меняется. Во всяком случае, так думается, когда смотришь «Союз».

В любом случае, появляется больше таких семей…

Александр: Да, и уже без внимания они не остаются. Я не представляю, как они раньше это тянули. Даже эмоционально было тяжело. А у нас, благодаря приходу, есть проторенная дорожка, видно, куда идти.

Как строится жизнь в многодетной семье, на каких принципах?

Александр: Семья – это огромный труд. Об этом никто не говорит молодым людям. Но заканчивается шоколадно-шампанский период, как называет его монахиня Нина (Крыгина), и начинаются будни. Хорошо, если это семья венчанная, если кто-то молится за эту семью – это помогает «притираться» друг к другу. Но много ли таких? Начинаются скандалы. Люди через разное проходят; и только тогда двое станут одной плотью, когда много поработают над собой. Это приходит и благодаря труду, и благодаря молитве. Чтобы семья крепко встала на ноги, обязательно нужна и помощь батюшки, который будет направлять, к которому можно было бы прибежать со своими проблемами.

Конечно, общая ежедневная молитва просто необходима семье. Когда мы молимся, мы просим себе вразумления, мы ведь не всегда бываем правы. Просим вразумления детям, чтобы они вели себя по-другому. Это очень помогает избежать напряженности, безысходности. Отношения налаживаются, когда люди молятся вместе и друг за друга. Какие-то ссоры и обиды растворяются. Очень помогает общая молитва в храме, когда много семей одновременно молится о чадах перед иконой Божией Матери «Воспитание».

Судя по всему, дети тоже молятся вместе с вами. Как, на Ваш взгляд, можно приучить ребенка к молитве, к храму?

Александр: Есть правило. Но молитва должна идти от сердца, она должна быть постоянной. Наташа учила с детьми песни «У Казанской Божией Матери», «Свечки», «Ангел», «Слава Богу за все». Важно, чтобы обращение к Богу было от сердца, чтобы молитва вплеталась в маленького человечка – пусть через мелодию, через стихи.

Хотелось бы, чтобы в нужный момент в голове и сердце звучали не те песни, которые сейчас слышатся отовсюду, не «Я свободен» (хотя тоже хорошая песня), а «Слава Богу за все» и «Господи, помилуй». Ну, и пример родителей здесь важен.

Сейчас для нас самая главная задача – воспитать детей в любви к Богу. Они могут что-то выучить, получить знания. Но важно, чтобы у них была любовь к молитве, к службе, чтобы они знали и понимали богослужение, Таинства, праздники, чтобы чувствовали эту благодать.

Важно, чтобы у детей было желание идти в храм, хотя иногда это должно быть через «надо». То, что мы сейчас в них вложим – потом за это с нас и спросится.

Когда они вырастут, мы будем не вправе за них что-то решать. Рано или поздно они встанут перед необходимостью осознанного выбора, а сейчас мы должны заложить в них все для того, чтобы выбор они могли сделать правильно. Мы во многом изобретаем велосипед. Молимся, чтобы Господь вразумил, как поступить, хотя какието установки уже есть. Есть и какие-то несогласия. Наверное, есть более счастливые семьи. Для меня счастье измеряется улыбками детей. Когда приходишь домой, и тебя ждут, ты понимаешь, зачем живешь.

Это помогает при усталости?

Александр: Это отчасти смысл жизни. У нас были какие-то неправильные установки. С советских времен в голову вбивали, что на первом месте должна быть работа. Но ведь на самом деле работа должна быть на третьем месте! На первом месте должен быть Бог, и семью надо поставить выше работы. Но даже осознав это, мы сразу не можем переделать себя. Год-два должно пройти, чтобы можно было это переосмыслить.

Конечно, я люблю свою профессию – я работаю ветеринарным врачом. И, хотя спросится с нас и за работу тоже, но смысл жизни не в ней. В первую очередь спросится за детей: какими мы их воспитали. Спросится и за наши грехи, но в детях-то мы отражаемся, даже более сильно все видно. Надо начинать с себя.

Так получилось, что фактически Маша оказалась первым ребенком, которого я видел. Приходилось работать сутками, дома ночевал по тричетыре раза в неделю. Я старших детей просто не видел, папы не было. Наташа смеется: «Маша

– твой первый ребенок». Где-то стало легче, гдето наоборот, здоровье не позволило больше работать. Зато стало получаться гулять с детьми. Зачем работать? Отвечают: для того, чтобы детей поднять. Но детям-то как от этого? Мы детей в это время упускаем.

Вот мы и добрались до материальных проблем многодетной семьи.

Александр: Сейчас материальное положение стало лучше, о многих сложностях мы уже забыли. В отношении детской одежды выручает «круговорот вещей в природе»: кому-то мы отдаем одежду, которая уже мала или еще сильно велика, кто-то отдает свои вещи нам. Где-то мы кого-то накормили, где-то нас. Нам что-то отдадут, мы что-то отдадим. Никто при этом не думает, что оказывает помощь или совершает доброе дело. Обычный процесс, ничего особенного. Например, у нас не было коляски. Нам отдали коляску, предупредив, что морально она устарела – это была еще советская коляска. Мы ее назвали археоптериксом. Знакомые девчонки пошли гулять с младшими девочками. Коляска оказалась двухместной, очень удобной, очень прочной, хотя смотрится она, может, и страшновато.

С материальными вопросами понятно. А проблемы здоровья, взаимоотношений, воспитания?

Александр: Очень много медицинских проблем. Принесут старшие дети из школы вирусную инфекцию, и начинают болеть все друг за другом. Когда болезнь вот так ходит по кругу, недели через две-три силы на пределе. Поэтому вопрос укрепления иммунитета актуален.

Мы мечтаем, чтобы у нас был свой дом. Хотя мечтать вредно, надо трудиться. Детям лучше расти «на земле». Большая семья должна жить в большом доме. Хотя дело не в этом: если есть в душе и в семье мир, то есть и все остальное. Уют начинается от взаимоотношений между мужем и женой, между детьми и родителями. Раньше непонятно было, почему приходишь в гости к одной семье, и тебе легко, а приходишь в другой дом, в котором вроде бы все хорошо, а уходишь в состоянии выжатого лимона. Я всегда думал, что создать уют в доме – задача хозяйки. Отчасти это так. Но ведь это зависит от всех вместе. Если детям уютно в семье, они будут возвращаться домой и тогда, когда вырастут – и не потому, что надо раз в месяц съездить к маме, а потому, что они с детства чувствовали тепло и уют родного дома. А этого не купишь ни за какие деньги.

Сейчас очень настораживает ювенальная юстиция. Она все равно ударит по малообеспеченным семьям. А многие многодетные семьи, так или иначе, попадают в эту категорию, потому что мамы сидят дома с детьми, у них нет времени на работу. Кто будет воспитывать детей, если родители будут пропадать на работе? Садик? Но дети не должны воспитываться в садике, там они отрываются от родителей, а потом в подростковом возрасте начинаются проблемы. Нянечка или воспитатель не могут заменить родителей.

А дети чему-нибудь Вас учат?

Александр: Конечно, постоянно. Воспитание – слово неправильное, нет этого. Ребенок рождается с определенным характером. Вот Настя – для нее слово «можно» сразу было не вопросительным, а утвердительным. Это с рождения прослеживалось. Мы просто можем дать детям какие-то навыки и самое главное – любовь. А что такое воспитание, я не знаю, на самом деле. Возможно, я пытался воспитывать (как это принято: отец должен стучать кулаком по столу) Никиту и Дашу, пока мы не были еще в храме. Но настоящее воспитание – воспитание собственным примером. Если мы изменимся, то и они будут другими, глядя на нас.

Сейчас очень часто встречается такая картина: идет какая-нибудь мама с дочкой и пьет пиво. Ведь ребенку не скажешь, что это плохо, потому что это делает мама. Мама не может делать плохо! Я думаю, что мама не хочет, чтобы ее дочка в 13 лет начала курить и пить пиво, но сейчас она просто не задумывается о последствиях.

Дети – это радость и труд. В первую очередь мамы, но и папы тоже. Когда папа, приходя с работы, садится к телевизору или за компьютер, он просто не хочет себя пересиливать и замечать, что дети его ждут и в нем нуждаются. Понятно, что иногда нет сил, хочется просто посидеть, но мы лишены этой возможности. Вот и начинаешь понимать слова батюшки о том, что это подвиг.

А чем дети заняты помимо школы и храма?

Александр: Старшие занимаются музыкой: Никита играет на флейте, он уже окончил музыкальную школу, Даша на скрипке, Настя на виолончели. Маша учится дома: стихи и песни моментально запоминает, очень любит книжки. Даша ей на ночь читает вслух. Настя тоже много читает. Даша и Никита занимались танцами; это было полезно и для здоровья – подтянулись суставы, выправилась осанка – и для воспитания организованности.

Может быть, и мама нам что-то про детей расскажет? А то все папа да папа...

Малая церковь

Наталья: Чем дети любят заниматься? Конечно, любят играть. Была у них даже игра в исповедь и Причастие. Я сначала переживала, но батюшка сказал, что пусть уж лучше так играют. Маша у нас одно время не причащалась, плакала, когда ее подносили к Причастию. Девочки игрой приучили ее к Причастию. Мы, конечно, молились, но и игра много дала. По субботам у нас не всегда есть возможность быть на службе. Поэтому дети включают трансляцию по телевизору и, как будто многодетными семьями, с куклами «приходят в храм».

Почему Вы решили учить детей музыке?

Александр: Музыка – это часть культуры семьи. У нас с Наташей деды были очень музыкальные. Мой отец был из детского дома, он не оканчивал музыкальных школ, но у него был хороший слух. Играл в разных оркестрах. Папа Наташи играл на трубе, фортепьяно, на баяне. Мы сами окончили музыкальные школы. Наташа может показать детям что-то на фортепьяно. У нас нет задачи воспитать из них музыкантов. Просто хочется, чтобы они знали и любили музыку.

А как у Вас распределяется работа по дому?

Наталья: Просто распределяются обязанности: прибирают всегда дети. Первым делом, встав утром, заправляют постельки, их много у нас. Когда дети уходят в школу и не успевают это сделать, у меня утро продолжается до 12-ти. Дети моют посуду. Пылесосить – обязанность Никиты, но он очень занятой, потому это делают почти все.

Александр: Разница в возрасте у них большая: от 14 лет до одного года и четырех месяцев. Никита, конечно, подмога: хоть и ворчит иногда, но делает. Просто, наверное, таким образом привлекает к себе внимание. В основном все держится на маме и на Даше. На Даше все малыши.

А Вам не жалко, что у вас только один сын?

Александр: когда один или два ребенка, родители, наверное, строят планы, кто родится – мальчик или девочка. А когда больше трех, это не имеет значения. Рады любому ребенку, кого Господь пошлет. А чем мальчик лучше девочки? Малыш все равно малыш, это солнышко. 

Наталья: Как Бог дал. Мне без разницы абсолютно. Все дети – свои дети. На репетициях, в воскресной школе – все свои, за всех душа болит. Иногда ошибаюсь именами. Считаю их вечером – кажется, кого-то не хватает – но нет, оказывается, все на месте.

Александр: У о. Анатолия Гармаева прочитали и очень удивились, что настоящие материнские качества проявляются у женщины с пятым ребенком, а по-настоящему она раскрывается с седьмым. Поэтому то, что у нас – семейный минимум в общении и в отношениях между родителями и детьми. Радость общения, радость, когда смотришь в детские глаза. Радость бессонных ночей – не сказал бы, но все равно – тренировка.

У моей мамы наша многодетность не вызывала положительных эмоций. Все изменилось, когда знакомые сказали ей: «Какая же ты счастливая! У тебя пятеро внуков!».

Беседовала Наталия Евстюгина

 
Спасо-Преображенский приход

Путь к Богу

Евгений Алабушев

С верой идти по жизни…

 
Культурограф

Попы на мерседесах или как рождаются современные мифы

Ксения Возгривцева

Попы на мерседесах или как рождаются современные мифы…

Яндекс.Виджеты

Добавив на главную страницу Яндекса наши виджеты, Вы сможете оперативно узнавать об обновлении на нашем сайте.

Все Виджеты Православного телеканала «Союз»

Яндекс.Виджеты Православного телеканала «Союз»

Православный вестник. PDF

Добавив на главную страницу Яндекса наши виджеты, Вы сможете оперативно узнавать об обновлении на нашем сайте.

добавить на Яндекс